Медицинские переводы турецкого языка в Намибии

В столице Татарстана вновь прошел Международный экономический форум «Россия – Исламский мир: КазаньФорум». Это крупнейшая площадка для развития делового, научного и культурного сотрудничества между Россией и странами Организации исламского сотрудничества. В этом году форум объединил почти 10 тысяч участников из 99 стран мира.

За каждым успешным международным мероприятием такого масштаба стоят не только организаторы и эксперты, но и переводчики. Именно они помогают преодолевать языковые и культурные барьеры и создают все условия для диалога.

О том, как меняется работа переводчиков на крупнейших международных площадках, как готовиться к переговорам высокого уровня и почему спрос на турецкий язык продолжает расти, мы поговорили с устным переводчиком турецкого языка Гюльбабой Бабаевым. Более десяти лет он работает с крупнейшими российскими и турецкими компаниями в нефтегазовой, энергетической и промышленной сферах, а также регулярно участвует в международных выставках и форумах в качестве переводчика.

Работали ли вы на Форуме в предыдущие годы? Замечаете ли какие-то изменения в работе переводчика на форуме за это время?

Да, я работал на Форуме в предыдущие годы, но каждый раз обязанности отличались. В первый год – перевод на B2B встречах турецких и российских компаний, затем в качестве сопровождающего многосоставной делегации, а в этом году работа была совсем не похожа на предыдущие, но об этом ниже.

По поводу изменений в работе переводчика, могу ответить, что с каждым годом она становится более структурированной. Если раньше приглашали переводчиков без опыта, то уже сейчас идет мощный отбор. Обращаются в основном к опытным специалистам, работающим на Форуме не первый раз. Я думаю, что это правильный подход, ведь для мероприятия, имеющего особую значимость как на республиканском, так и на федеральном уровне, – очень важны профессионалы.

Мы как переводчики на таком Форуме берём на себя большую роль – помогая преодолевать языковой барьер, строим «мост» между Россией и Исламским миром, через который пройдут немало поколений.

Что входило в ваши обязанности?

В этом году я переводил последовательно/синхронно двусторонние встречи Счетной палаты Российской Федерации и Счетного суда Турецкой Республики, а также на протяжении форума сопровождал турецкую делегацию на деловых и культурных встречах.

КазаньФорум охватывает и экономику, и политику, и международные связи. Как вы готовитесь к такому широкому кругу тем?

Действительно, Казань форум охватывает разные отрасли. Подготовка всегда зависит от того, для кого я буду переводить. В этом году, как только я узнал, что буду переводить для Счетной палаты России и Турции, я стал интересоваться темой аудита: основные отличия в России и Турции. Конечно же, создал свой глоссарий, выписав туда необходимые термины. Все это очень пригодилось!

Чем синхрон с турецкого отличается от работы с другими языками?

В синхроне, да и в целом при переводе с турецкого языка, на мой взгляд необходимо дослушать до конца само предложение и вовремя уловить суть, так как турецкий язык кардинально отличается от русского построением предложений. Главные различия заключаются в порядке слов, отсутствии предлогов и структуре образования слов, где один турецкий глагол может заменять целое русское предложение.

Как вы оцениваете спрос на перевод с турецкого в России сейчас?

Спрос на турецкий я бы оценил на 7 из 10. Я думаю, что на данный момент по спросу он на втором месте после китайского языка. Безусловно, этому способствует расширение связей с исламским миром. Как технический переводчик, я бы дополнительно это связал с качеством производимой продукции: их оборудования и технологии, действительно пользуются спросом. Наверное, поэтому почти на всех выставках 30-40% участников – турецкие компании.

Но не стоит забывать положительное отношение граждан России к Турции, к турецкому народу и культуре. Хочу отметить здесь взаимность: турецкий народ точно так же относится к нам – с любовью и уважением. Провожая своих гостей в аэропорту, я часто слышу от них слова благодарности и надежду на повторный приезд к нам. Все это способствует тесному взаимовыгодному партнерству и дружбе!

Гюльбаба открыт к сотрудничеству. Его контакты:

Номер: +79600620512
Instagram*: @babaevskiy_gul
Telegram: @babaevskiy_gul

*Instagram принадлежит компании Meta, деятельность которой признана экстремистской и запрещена в РФ

В конце апреля в Казани на базе КФУ проходила XXI Всероссийская олимпиада по турецкому языку и культуре, которая собрала сильнейших студентов-тюркологов страны. За победу боролись представители ведущих вузов России. Участники проверяли свои знания в конкурсах устной и письменной речи, страноведении, переводе и даже работе с османским языком. Студент 4 курса Переводческого факультета МГЛУ Илья Томей стал призёром олимпиады, заняв второе место в конкурсе перевода. 

Города Переводов поговорили с Ильёй о том, как случайный выбор языка изменил его жизнь, почему перевод — это всегда поиск баланса между точностью и естественностью, и что оказалось самым сложным во время конкурсных испытаний.

Илья, поздравляем со вторым местом на XXI Всероссийской олимпиаде по турецкому языку и культуре! Почему именно турецкий язык когда-то привлёк Ваше внимание?

Спасибо большое! История знакомства с турецким языком — это одна большая череда совпадений и намеков. Как минимум, в детстве папа, вдохновившись отпуском в Турции, принес домой аудиокурс турецкого языка. Поэтому мистическая тарабарщина по типу «Насылсыныз» и «Тэшэкюридирим» со мной была всегда.

Что касается осознанного изучения, идеи говорить на турецком никогда не было. В школьные годы я углубленно изучал английский язык, с 8 класса дополнительно с репетитором немецкий. И на момент 11 класса у меня было в арсенале именно эти 2 языка, с 9 класса я точно знал, что буду поступать в иняз, поэтому изначально не было никакой дилеммы касаемо изучаемых языков.

Однако мама попросила меня подумать над этим вопросом серьезно, потому что я «умный и обладаю всеми шансами поступить на бюджет, где смогу выучить новый язык совершенно бесплатно». Тогда я захотел выбрать арабский, но была другая незадача: арабский был только на специалитете и на международных отношениях в 2022 году. У меня было 2 принципиальных вопроса — я не пойду на специалитет; я пойду только на лингвистику с переводческим профилем.

Решив, что тяга к переводу в общем сильнее тяги к арабскому языку, мы пришли очно подавать документы в МГЛУ. В момент, когда надо было писать языковые предпочтения, я решил, что судьба ведет меня к французскому языку, которые учили в школе мои старшие сестры. Подумав, я написал на первое место именно его. Но девушка в приемной комиссии сказала, справедливо кстати, что этот язык «очень популярный, и шанс его получить не такой высокий». Она предложила написать второй язык, на всякий случай. Из всех языков, предлагаемых в 2022 году, самым релевантным мне показался именно турецкий. Потом в августе на собрании первокурсников я узнал, что сработала именно эта «ставка», действительно перевернув жизнь на 180°.

В чем заключались Ваши задачи на олимпиаде? Какие цели Вы ставили перед собой?

Так как я без пяти дипломированный лингвист и переводчик с турецкого языка, то, как в переводе с турецкого на русский, я начну с конца. Цели как таковой не было, да простят меня преподаватели, которые отправляли на конкурс. Наша команда показала неплохой результат в том году, поэтому в этом году сильного личностного давления я над собой не испытывал. Программа минимум была повидать любимую Казань. Но конечно я слукавлю, если скажу, что мне совершенно не хотелось занять призовое место. В этом году я впервые участвовал именно в конкурсе перевода. И, как для выпускника Переводческого факультета, это своего рода срез того, чему я смог научиться за 4 года.

Задача в конкурсе была простая: 2 текста, на турецком языке — отрывок художественного текста, на русском — небольшая новость из СМИ по актуальным событиям в мире. Соответственно, с турецкого надо было перевести на русский и наоборот. Если говорить глобально, то переводческая цель всегда одна — добиться наибольшей адекватности и эквивалентности в переводе.

Что оказалось самым сложным во время олимпиады?

Самое сложная и волнительная часть — это незнакомые слова. Это не обычное занятие по письменному переводу, где есть возможность выйти в интернет и посмотреть перевод слова, его этимологию и контекст. На конкурсе нам были предложены словари и 5 минут, чтобы найти все интересующие нас слова. Слава Богу, что незнакомых слов было не так много, большая часть из них оказалась зафиксирована в словаре и 5 минут было в самый раз.

Турецкий язык часто называют очень образным и эмоциональным. Какие особенности турецкого языка особенно важно чувствовать переводчику, чтобы перевод звучал живо и естественно?

Лично для меня эта сложность заключается в том, что большая часть смыслов передается не лексически, а грамматически. То есть, при переводе на русский язык иногда приходится эксплицировать эти значения. Приведу такой пример: Çalar saat çalmayacak diye bu gece uyuyamadım (досл. Говоря, что будильник не будет звонить, этой ночью я не мог уснуть) — «Опасаясь, что будильник не зазвонит, этой ночью я не мог уснуть». В оригинале нет слова «бояться, опасаться», это значение мы вынуждены раскрывать в переводе самостоятельно. Не могу сказать, что это предложение сложно было бы перевести на русский язык, но при переводе на турецкий, лично у меня, вначале возникла бы эта трудность. Захотелось бы пойти через глагол бояться, соответственно в устном переводе шанс «зарыться» в придаточные предложения и разные отглагольные конструкции велик. И вот перевел все правильно, и смысл понятен, но звучит неестественно! 

Контактные данные Ильи Томей: https://profi.ru/profile/TomeyII 

World Content Market – это не только витрина индустрии телевизионного и цифрового контента, но и живая рабочая среда перевода. С 14 по 16 апреля выставка прошла в Москве. В течение трех дней на площадке работали студенты переводческого факультета МГЛУ, обеспечивая коммуникацию между участниками рынка и погружаясь в формат переговоров.

Среди них – Анна Арестова, работавшая с турецким и английским языками. Практика в условиях интенсивных встреч, живого общения и неожиданных задач стала возможностью применить свои навыки и увидеть профессию изнутри.

О работе без права на паузу, участии в реальных переговорах и первых профессиональных инсайтах — об этом всем Анна Арестова рассказывает в интервью Городам Переводов.

Как вы присоединились к выставке? В какой языковой паре работали?

Об World Content Market я узнала от других студентов МГЛУ, которые принимали в ней участие в прошлые годы. Я тоже решила попробовать свои сила на таком мероприятии. Больше всего я использовала турецкий, поскольку девушка, которой я помогала во время выставки, живет в Турции. И хоть она хорошо владеет английским, иногда нужно было что-то подсказать, помочь, перевести.

Три дня интенсивных переговоров – были готовы к такому темпу? Как справлялись?

Мы, студенты МГЛУ, готовы ко всему. Я сразу установила диалог с представителем дистрибьюторской компании, не стеснялась задавать ей вопросы о ее работе, процессе продажи прав на контент, поэтому при дальнейшей работе было легче. Мне разрешали участвовать в самих переговорах, если нужна была моя помощь с передачей смысла, некоторые клиенты спрашивали мое мнение о турецких сериалах – было приятно :)

Столкнулись ли со сложностями во время работы?

Да, когда на наш стенд пришли покупатели, которые не знали ни английский, ни турецкий, я забыла свой блокнот для записей и пришлось держать все в голове. После этого представительница компании меня похвалила и мы вместе это обсудили, а я старалась не подавать вида, что испугалась.

Какие знания и навыки, полученные в МГЛУ, помогли на практике?

Умение работать в стрессовой ситуации, устанавливать дружеский контакт с иностранцами, и конечно же, навыки перевода.

Что увезли с собой с мероприятия? Что было самым полезным?

Сувениры с других стендов, визитки некоторых компаний и приятные воспоминания. Самым полезным для меня была возможность присутствовать на переговорах, понять, как их ведут в реальной жизни. Можно бесконечно смотреть и читать кучу материала о том, как это делать правильно, но с практикой не сравниться. Здесь мне удалось даже частично принять участие в переговорах.

Подробнее о буднях студента-переводчика читайте в соцсетях Анны:

ТГ-канал про турцию и турецкий язык – t.me/turkiyeofmind
ТГ-канал про учебу на переводчика – t.me/dipanya 
ВКонтакте – vk.ru/anna.arestova0

<p>Переезд в Турцию лучше начинать с подготовки документов. Набор зависит от основания (краткосрочный/семейный ВНЖ, учёба, работа), но главное — заранее понять, какие российские документы понадобятся и какие нужно оформить до выезда.</p> <p>Главное правило: для большинства официальных документов из РФ в Турции нужен апостиль, так как обе страны участвуют в Гаагской конвенции. Поэтому лучше ставить апостиль в России.</p> <p>В первую очередь подготовьте свидетельства о рождении и браке (особенно при переезде с детьми и для семейного ВНЖ). При необходимости заранее оформите документы о разводе, опеке, согласии второго родителя, смерти супруга. Часто пригодится справка о несудимости, а для учёбы/работы — диплом/аттестат с приложениями. Для решения дел в РФ после переезда может понадобиться доверенность.</p> <p>Обычно сначала ставят апостиль, затем делают нотариально заверенный перевод на турецкий. Компания «Города Переводов» может помочь с апостилем, переводом, нотариальным заверением и истребованием документов, если вы уже уехали.</p>

<p>Пишите и звоните:</p> <p>[email protected] </p> <p>т. +7 495 118-26-74</p>

С 26 по 28 ноября в Москве прошла международная выставка телевизионного контента World Content Market, уже много лет объединяющая представителей медиаиндустрии со всего мира. Участие студентов МГЛУ в данной выставке уже стало традицией: ежегодно будущие переводчики погружаются в атмосферу переговоров, презентаций и заключения сделок в сфере медиаконтента. В этом году среди них был и Арсений Чавдар — студент 3 курса, которому удалось не только попрактиковать турецкий язык, но и выступить полноценным посредником между международными компаниями.

Города Переводов поговорили с Арсением о том, как он оказался на стажировке, с какими трудностями столкнулся и что значит быть переводчиком в условиях быстрого темпа деловых встреч и переговоров.

Арсений, расскажите, пожалуйста, как Вы попали на данную стажировку, и что побудило Вас принять в ней участие? 

На стажировку на WCM я попал благодаря нашему университету, МГЛУ. Активные студенты получают возможность участвовать в такого рода мероприятиях, приобретая опыт, полезные навыки и связи. Мне очень хочется работать именно переводчиком, поэтому стараюсь пробовать себя в этой роли. Для меня подобные мероприятия — это отличная возможность обогатить свой лексический запас и потренировать навыки перевода.

На выставке ведутся переговоры о контенте, заключаются сделки. Насколько сложно оказалось работать в сфере медиа-дистрибуции?

Безусловно, легко не было. Но и неразрешимых трудностей тоже не возникло. Самой сложной задачей был поиск необходимой лексики. Благо, много английских заимствований, но и без импровизаций не обошлось, как это бывает у новичков.

Что сложнее в работе с турецким языком в бизнес-контексте — лексика, речевой темп, культурные особенности общения?

Пожалуй, самое сложное — лексика, как и в работе с любым языком в специализированном направлении. Конечно, темп речи — тоже непростая задача, но лексика, все же, вызывает больше трудностей.

Вы упоминали, что фактически играли роль посредника между компанией Atlas и её партнёрами. Что для Вас означает быть посредником?

Стоит отметить, что часть переговоров велась на английском, так как это основной язык мероприятия. Тогда можно было послушать, отметить важную лексику, касающуюся темы мероприятия, определенные подходы в презентации продуктов, представлении обеих сторон бизнес-встречи. Но, конечно, были и те, кто не знал английский. Их коммуникацию с представителями Atlas я обеспечивал на турецком. Моей задачей было переводить описания фильмов, которые компания Atlas предлагает к продаже, объяснять, какой контент она производит, а также, в каких фильмах заинтересованы их бизнес партнеры. 

Важно было перевести каждую деталь, чтобы обе стороны поняли друг друга и смогли договориться. В этом и заключается роль посредника — обеспечить коммуникацию и сотрудничество.

Арсений Чавдар в telegram — @ekmek_bey 

С 30 сентября по 3 октября команда Городов Переводов обеспечивала языковое сопровождение официальных мероприятий с участием представителей турецкого делового сообщества в Казахстане.

Наш менеджер в Астане Дана Алим рассказывает подробности:

«Мероприятия проходили в двух городах – в Астане (30 сентября – 1 октября) и в Алматы (2–3 октября) – в рамках визита делегации Совета по внешнеэкономическим связям Турции (DEİK) и Всемирного турецкого делового совета (DTİK).

Во время встреч обсуждались перспективы дальнейшего сотрудничества между Казахстаном и Турцией в таких сферах, как промышленность, строительство, энергетика, агропромышленный комплекс и высокие технологии. В состав делегации вошли представители ведущих турецких компаний и руководители деловых советов «Казахстан–Турция» и «Турция–Казахстан».

Переводчики нашего бюро осуществляли последовательный перевод с турецкого на русский и с русского на турецкий языки, обеспечивая качественное общение между участниками деловых встреч и панельных сессий.

Благодаря профессиональной подготовке и слаженной работе команды, все мероприятия прошли успешно и получили положительные отзывы от организаторов и участников».

28 сентября кафедра арабской филологии ИСАА МГУ совместно с библиотекой-читальней им. И. С. Тургенева и Проектом народной и культурной дипломатии «Стороны света» провели круглый стол «Первые шаги переводчика: вызовы профессии и советы начинающим». Выпускники, преподаватели и студенты-переводчики различных языков делились историями о первых заказах, неудачах, забавных языковых ляпах и том, как важно не бояться ошибок.

Мы поговорили с Дариной Сарымамедовой — переводчицей, работающей с языковой парой турецкий – русский, участницей встречи, которая рассказала о своём опыте устного перевода, о сложностях профессии и о том, почему страх — не враг, а спутник роста.

Дарина, каково было Ваше впечатление от круглого стола «Первые шаги переводчика»? Что показалось Вам самым важным или неожиданным в общении с коллегами и студентами?

Мероприятие для меня было очень продуктивным. Было крайне интересно узнать об опыте переводчиков с другими языками, тем более что некоторые участники работали с совершенно непредсказуемыми и сложными темами. Очень важно, что все участники были абсолютно открыты: все честно рассказывали и о неудачах, и о волнении — даже после нескольких лет работы в той или иной сфере. Эта честность очень помогла понять, что страх перед чем-то новым — это совершенно нормально. Как нормально и вернуться к теме, которая когда-то «не пошла», немного позже.

В рамках встречи обсуждалась идея, что начинающему переводчику важно найти «свою» тематику. Какую область перевода Вы выбрали для себя и почему?

Честно говоря, я не хочу ограничивать себя одной тематикой перевода. В планах — собрать небольшой пул из того, что мне легко и что мне нравится, потому что бывает и так, что эти два понятия не соприкасаются. Пока у меня больше всего опыта в текстильной промышленности, особенно в устном переводе, и начала я как раз с выставок.

Выставки, на мой взгляд, — это самый простой способ начать карьеру переводчика. Нужно только найти контакты агентов, которым регулярно поступают предложения от компаний, подтвердить знание языка (чаще всего в видеоформате или по звонку) и наконец выйти на арену устного перевода.

Устный перевод в целом мне нравится больше письменного, потому что в письменном сильно возрастает цена ошибки: всегда есть риск упустить или неточно передать нюанс, который может оказаться критичным, особенно в юридических текстах. Устный переводчик всегда может уточнить или исправить случайную ошибку в процессе диалога.

Однако, поскольку это работа с конкретным человеком — а особенно в случае сопровождения, — все «тараканы» заказчика наравне с самим переводом становятся задачей переводчика. Несмотря на то что в сфере текстиля я много раз переводила на выставках, требования очень сильно различаются в зависимости от характера и предпочтений заказчика. Коллеги делились, что у них бывали ситуации, когда владельцы или сотрудники фирм вели себя резко или выдвигали завышенные требования к переводчику. От этого, конечно, никто не застрахован.

Какие трудности Вы помните из своих «первых шагов» в переводе — может быть, ошибки, недоразумения, курьёзные ситуации, которые чему-то научили?

Стоит осознать, что первые шаги в переводе, в контексте ошибок, мало чем отличаются от последующего пути. Когда я только начинала, мне казалось, что после восьмой выставки я буду переводить безупречно и не краснеть за оговорки или неточный перевод. Но, поскольку любой разговор работодателя с клиентом — а в целом любой диалог — непредсказуем, перевода без единой ошибки не будет никогда. Главное — концентрироваться на том, что делаешь, тренировать навыки перевода и стремиться минимизировать потери. Со временем мастерство будет выходить на всё более высокий уровень.

В этом контексте мне очень нравится фраза, которую я недавно где-то вычитала: «Если бы тебе сказали, сколько ошибок тебе нужно сделать, чтобы добиться успеха, ты бы так же боялся их совершать?»

У меня было много смешных случаев, связанных с оговорками и ляпами. Так, например, при переводе я назвала капибару не пугливым (korkak), а пугающим (korkunç) животным. Я всё ещё часто стилистически путаю слова, некоторые грамматические формы звучат неестественно. Очень помогает то, что турки относятся к этому с большим пониманием, а подчас это даже располагает собеседника: после неудачной попытки перевода он заливается смехом. На самом деле именно эти забавные неточности по-человечески сближают и помогают узнавать альтернативные выражения, которые потом можно применять в будущем.

Работая с иностранным языком, часто сталкиваешься с культурными нюансами, которые трудно передать. Есть ли у Вас пример, когда Вы долго искали правильный эквивалент или «ключ» к смыслу?

В турецком языке очень много слов и выражений, передающих тонкости этикета — благодарность, сочувствие, уважение, вежливость. И бывает, что устойчивых выражений в русском не хватает, чтобы передать эту восточную витиеватость.

В устном переводе подобных ситуаций немного, разве что иногда приходится пояснять отдельные моменты — например, национальные блюда или традиционные символы.

В письменном переводе, особенно художественном, культурные различия и различия в восприятии реальности передать куда сложнее. Например, если в турецком чувственном видении мира повторение слов и фраз — это своеобразный рефрен, усиливающий драматичность происходящего, то в русском языке подобная конструкция будет восприниматься как избыточная и потребует поиска синонимов.

Социальные сети Дарины: 

Telegram 

ВКонтакте 

WhatsApp — 79503289300

С 11 по 13 июля 2025 года на Михайловской набережной Новосибирска прошёл Международный гастрономический фестиваль «В Сибире — есть!», объединивший представителей бизнеса, туризма и культуры из разных стран. Одним из ключевых событий стала Международная закупочная сессия, в рамках которой прошли переговоры между зарубежными байерами и российскими производителями. В организации и проведении деловой программы активно участвовали студенты и выпускники СИУ РАНХиГС.

Юлия Коняева, выпускница института и волонтёр сессии, сопровождала делегацию из Турции: помогала в переговорах, занималась переводом и неформальной коммуникацией. Города Переводов поговорили с Юлией о тонкостях межкультурного взаимодействия, трудностях перевода деловой лексики и о том, как одна экскурсия и плитка «Аленки» могут укрепить международные связи.

Юлия, Вы принимали участие в Международной закупочной сессии фестиваля «В Сибири — есть!» как волонтёр и переводчик. Расскажите, в чём заключалась Ваша роль на площадке?

Я сопровождала турецкую делегацию, обеспечивала последовательный перевод переговоров с российскими производителями, помогала с навигацией и коммуникацией на площадке. Хотя изначально моей ролью было волонтёрство, в процессе я выполняла функции переводчика.

Вы работали с представителями турецкой организации. Какие особенности межкультурной коммуникации особенно проявились во время переговоров? Приходилось ли что-то адаптировать, уточнять, переформулировать?

Да, турецкие партнёры выражались более обходительно и сдержанно, поэтому иногда приходилось делать уточнения и раскрывать мысль байера, чтобы сохранить деловой тон и избежать недопонимания. Я, наоборот, ожидала эмоциональности от турецких представителей, но, скорее, это было стереотипное мышление — на деле они были достаточно спокойны.

Перевод деловых переговоров — это особый жанр: здесь важна точность, вежливость, дипломатия. Что оказалось самым сложным в процессе? И как Вы с этим справлялись?

Самым сложным было точно передавать профессиональные термины и тон собеседников. Буквально за полчаса я смогла разобраться в зерновых культурах, чтобы корректно сопровождать переговоры.

Как Вы готовились к этой работе: изучали лексику гастрономической и туристической сферы, знакомились с компаниями-участниками, культурными особенностями турецких партнёров?

Как я сказала ранее, я была записана как волонтёр, потому подготовки не было. В самом процессе я быстро уточняла информацию у переводчиков и запоминала. С деловым тоном и типичными вопросами проблем не возникло.

Помимо деловой части Вы также провели экскурсию и даже помогли гостям найти российские сладости. Насколько важна такая неформальная коммуникация в международных событиях? Меняется ли Ваша роль как переводчика в этих контекстах?

Неформальная коммуникация важна для укрепления доверия и улучшения имиджа государства. В такие моменты моя роль трансформировалась — я становилась представителем российской культуры, а точнее — даже новосибирской. Мы много рассуждали о строении улиц, домов и международной обстановке.

7 июня в самом сердце столицы, на Красной площади, в рамках XI Книжного фестиваля состоялась презентация романа Зюльфю Ливанели «Серенада для Нади. Забытая трагедия Второй мировой». Произведение, основанное на реальных событиях, впервые прозвучало на русском языке благодаря Сабире Серазидиновой — переводчице и преподавателю турецкого языка в МГЛУ. Сабира не только тонко передала стиль Ливанели, но и бережно сохранила в тексте голос памяти — памяти о почти забытой катастрофе и о любви, пронесённой сквозь войну.

Мы поговорили с Сабирой Серазидиновой о том, как проходила работа над текстом, и чем «Серенада для Нади» может откликнуться современному российскому читателю.

Как Вы впервые познакомились с творчеством Зюльфю Ливанели? Что Вас в нём особенно зацепило — как читателя, как исследователя, как переводчика?

Зюльфю Ливанели — один из самых популярных турецких писателей, а узнала я о нем в 2012 году, когда ездила в Стамбул по программе студенческого обмена. Одной из книг, которые мы разбирали на занятиях по турецкому языку и литературе, был его роман «Дом Лейлы» (Leyla'nın Evi). Домой я вернулась с чемоданом, набитым книгами, среди них были и книги Ливанели. По его «Последнему острову» (Son Ada) я в итоге писала диплом. Примерно в то же время я прочитала и «Серенаду», и рассказанная в ней история произвела на меня огромное впечатление, хотя мне ещё тяжело было читать без словаря. Вообще, Ливанели очень любят студенты-переводчики и часто выбирают его произведения для дипломных работ. Наверное, дело в простоте авторского стиля, ясности языка.

Книга «Серенада для Нади» поднимает трагические и почти забытые страницы истории. Как, по-Вашему, Ливанели работает с памятью и травмой в художественном тексте?

Тема памяти очень важна для Турции, поскольку в ХХ веке страна пережила радикальные перемены, резко изменив вектор развития. В книге главная героиня приподнимает завесу прошлого и испытывает настоящее потрясение, столкнувшись с печальными историческими событиями. Ливанели ясно показывает, что попытки замолчать неудобную правду и отгородиться от трагедий прошлого приводят лишь к потере идентичности и смысла жизни. Как бы мы ни хотели переформатировать самих себя, общество, страну и начать с чистого листа, все мы носим в себе истории своих предков, и без них наша жизнь теряет объем и краски.

Что показалось Вам трудным при переводе книги? Встретились ли в тексте образы или символы, которые пришлось особенно долго «нащупывать» в русском варианте?

Ливанели использует приём «непрофессионального писателя» — героиня не раз говорит, что пишет, как умеет, и даже не хочет, чтобы её текст хоть как-то редактировали. Поэтому главной трудностью было «не залакировать» текст, а сохранить авторское впечатление свежести и спонтанности, не сделав при этом повествование примитивным.

Считаете ли Вы эту книгу важной именно для российского читателя? Что в ней может быть особенно актуально и близко нашей аудитории?

Безусловно. Особенно в последние годы, кажется, нельзя прожить и дня, чтобы не услышать рассуждения об «исторической памяти», «исторический справедливости», «фальсификации истории» и тому подобное. И это не просто так: Великая Отечественная война и другие потрясения ХХ века оставили такой глубокий след, что ещё не одно поколение будет жить в тени этих страшных событий. Ливанели раскрывает эту тему очень бережно — через жизни обычных людей. Возможно, поиски и открытия главной героини побудят читателя внимательнее всмотреться в жизни его собственных бабушек и дедушек, увидеть отражение их опыта в своей жизни.

Турецкий язык притягивает всё больше людей своей мелодичностью и богатой культурной традицией. На открытой лекции в Библиотеке №24 в Москве кандидат филологических наук и доцент ИСАА МГУ Елена Оганова рассказала о том, какие вызовы и радости скрыты в художественном переводе с турецкого на русский язык.

Вместе с Еленой Огановой участники попробовали перевести фрагменты рассказа Музаффера Изгю — одного из классиков современной турецкой литературы. Под руководством лектора они разбирали сложные языковые обороты и искали лучшие решения для передачи стилистики оригинала.

Почему важно учиться у настоящих мастеров дела, где искать мотивацию в изучении турецкого языка и какие сокровища таит турецкая литература — читайте в нашем интервью с Еленой Огановой.

Что вдохновило Вас заняться именно турецким языком и художественным переводом?

Выбор турецкого языка был отчасти случайным. К тому моменту, как я поступала в университет, я уже весьма неплохо владела английским языком и решила сосредоточиться уже на чём-то более необычном. Выбор пал на Институт стран Азии и Африки МГУ имени М.В. Ломоносова. Из всех предлагаемых там языков (а там предлагают и очень экзотические, так называемые «редкие» языки) наиболее «родным» мне показался турецкий. После окончания этого факультета я осталась там же преподавать турецкий язык и турецкую литературу (информацию о моей академической деятельности можно найти вот здесь), и вот преподаю его уже более 26 лет, одновременно занимаюсь устным и письменным переводом с турецкого языка. Важным для упоминания с точки зрения предмета нашего разговора может явиться тот факт, что среди теоретических предметов, которые я преподаю в МГУ, есть такой интересный курс для магистрантов, как «Теория и практика художественного перевода (в паре русский-турецкий языки)».

Что делает турецкую литературу особенно интересной — и в то же время сложной — для перевода на русский язык?

Тут я бы выделила два аспекта: сам турецкий язык и собственно турецкая литература. Чтобы ответить на вопрос о специфике турецкого языка, понадобится целый цикл лекций, но если кратко, — это совершенно иной синтаксический строй (русский язык – правоветвящийся, турецкий – левоветвящийся), т.е. для того чтобы перевести предложение с турецкого языка на русский, нужно разложить предложение прямо по отдельным словам, а потом вновь собрать его — уже на основе совершенно других синтаксических моделей. Другой интересной особенностью турецкого языка является то, что в нем абсолютно особым образом строятся придаточные предложения (при помощи так называемых глагольных имен, причастий и деепричастий), что также представляет для переводчика определенные сложности.

Сама же турецкая литература привлекает к себе наличием большого количества произведений, не уступающих по качеству наиболее известным произведениям мировой литературы. Современная турецкая литература представлена большим количеством направлений, жанров, в ней исследуются проблемы общегуманитарного характера.

О чем говорили на прошедшей лекции?

Это была больше не лекция, а мастер-класс, в рамках которого мы попытались вместе с участниками перевести некоторые наиболее сложные с переводческой точки зрения моменты из рассказа современного турецкого писателя Музаффера Изгю. Переводческая практика участников сопровождалась моими комментариями об основных принципах перевода, что можно и что нельзя делать при переводе художественного произведения, что может считаться адекватным переводом и т.д. Этот мастер-класс был полезен как тем, кто уже пробовал себя в переводческой деятельности, так и тем, кто только изучает турецкий язык.

Мероприятие интересно и тем, кто не планирует стать профессиональным переводчиком, а просто хочет побольше узнать о турецком языке, его лексическом и грамматическом ресурсе. Благодаря тому, что рассказы М. Изгю являются «хрестоматийными» образцами разговорного турецкого языка, участники проекта узнали, какие особенности для него характерны, чем разговорный турецкий язык отличается от литературного, а также, надеюсь, что все, кто посетили мою лекцию и мастер-класс, смогли  «прокачать» и знания в области разговорного турецкого языка.

Какая Ваша переводческая работа Вам особенно близка к сердцу?

Самым моим любимым переводом является пьеса «Лавина» современного турецкого драматурга Тунджера Джюдженоглу, произведения которого переведены более чем на 30 языков мира (наверное, вы не ожидали такого от турецкого драматурга, правда?). Пьеса была переведена мной еще в 2003, кажется, году, и с тех пор с успехом идет на сценах многих российских театров. В частности, в Москве сейчас эта постановка идет в театре «Шалом» — приходите!) Это особое удовольствие для переводчика —  слышать свой звучащий перевод и самое главное – видеть и чувствовать реакцию сидящих рядом с тобой зрителей. Такую радость переводчикам может подарить только драматургическое произведение.

Как Вы оцениваете интерес к турецкому языку и литературе в России сегодня? Наблюдаете ли рост интереса со стороны студентов и молодых переводчиков?

Интерес к турецкому языку огромный, об этом свидетельствуют и цифры набора студентов на соответствующие отделения российских вузов, и количество различных групп и платформ по изучению турецкого языка в интернете. Что касается турецкой литературы, то да, интерес тоже есть, но, к сожалению, далеко не все произведения современной турецкой литературы, которые, на мой взгляд, заслуживают перевода и публикации, доступны читателю на русском языке. Наверное,  этот вопрос лучше адресовать издательствам. Они периодически обращаются ко мне с просьбой перевести то или иное произведение турецкой литературы, но зачастую это почему-то не те авторы, которых я бы лично рекомендовала к публикации.

Среди студентов, которых мы готовим, есть очень достойные ребята, которые прекрасно справляются с поставленными перед ними задачами по переводу на русский язык произведений турецкой литературы. Особо ценно, что есть люди, способные переводить турецкую поэзию (именно переводить, а не делать подстрочник). И не забывайте, пожалуйста, о вале турецких сериалов, который нас просто накрыл. Перевод всех этих многочисленных сериалов также лежит на плечах наших подопечных — или студентов старших курсов, или недавних выпускников, которые, по-моему, блестяще справляются со своей задачей.

Очень надеюсь, что интерес к турецким сериалам приведет и к увеличению количества произведений турецкой художественной литературы, издаваемой на русском языке. Еще раз подчеркну: недостаточная представленность турецкой художественной литературы отнюдь не связана с отсутствием переводчиков с турецкого языка. Они есть, и прекрасно переводят. Например, одной из последних переводных книг с турецкого языка, которые я с огромным удовольствием прочитала, стал роман Халида Зии Ушаклыгиля «Запретная любовь», которую великолепно перевела моя коллега Ольга Николаевна Каменева. Интерес к этому хрестоматийному роману XIX века был несомненно подогрет сериалом, снятым по его мотивам. Нельзя не отметить и блестящий перевод известнейшего современного турецкого писателя Зюльфю Ливанелли «Непокой», выполненный также моей коллегой Дарьей Владимировной Жигульской. Конечно, есть и много других специалистов, среди которых встречаются совсем молодые талантливые переводчики.

Так что вопрос о том, почему недостаточно переводятся произведения турецкой литературы, лежит вне зоны компетенции и понимания нас, переводчиков-филологов. Мы же со своей стороны делаем все возможное для популяризации турецкой культуры в России. Буквально сегодня (26.04.25) я редактировала поэтические переводы турецкого ашыка-суфия XIII века, выполненные моей коллегой Ксенией Александровной Верховой. Данные переводы были сделаны по частному запросу турецкой стороны.

У меня есть большое количество переведенных рассказов М. Изгю, о котором я уже упоминала. Возможно, кто-то из профессионалов в области издательского дела заинтересуется ими после выхода этого интервью. И ряд этих примеров нашей переводческой деятельности можно продолжить.

Что бы Вы посоветовали тем, кто только начинает знакомство с турецким языком — с чего лучше начинать, чтобы не потерять мотивацию?

Тут я не буду оригинальной: начинать (и продолжать) нужно с хорошо продуманных, четко структурированных учебников, составленных профессионалами. К сожалению, рынок сейчас наводнили учебные пособия по турецкому языку, от которых волосы встают дыбом. Разумеется, всех этих «специалистов»-авторов учебников мы никогда в глаза не видели и не пересекались с ними в нашей профессиональной деятельности. Если с самого начала все будет четко и понятно, то вы никогда не потеряете мотивацию к изучению турецкого языка: он необыкновенно красивый, музыкальный, очень интересный с точки зрения грамматической структуры, суперлогичный. Кроме того, в последнее время стало очень популярно учить турецкий язык среди людей 60+ как универсальное средство «антиэйджинга». Так что пользы от изучения турецкого языка с точки зрения сохранения гибкости ума, тренировки памяти, логики — хоть отбавляй. Но опять же: это может стать темой отдельного интервью.

И конечно же, чтобы поддерживать мотивацию, нужно побольше общаться с такими же заинтересованными людьми, и это частично ответ на ваш следующий вопрос)

И напоследок: почему, по-Вашему, важно приходить на такие лекции и встречи?

Любое живое общение – это прежде всего обмен энергией, чего не может передать ни одно онлайн-общение. В данном случае это еще не просто общение, а передача знаний, опыта, непосредственное взаимодействие со спикером. Конкретно на это мероприятие мог прийти любой человек, даже тот, который только начал изучать турецкий язык. И он, я уверена, нашел на нем заинтересованных интеллигентных людей, с которыми можно общаться в будущем, создавая вокруг себя творческую животворящую среду.

Я активно веду группы в соцсетях (ссылки на них смотри ниже), каждый день переписываюсь с огромным количеством своих подписчиков, но ничто не может заменить радости живого общения с этими людьми, которые, как и я, увлечены одним и тем же.

А если после этой встречи, благодаря вниманию к ней со стороны социальных сетей, будет опубликовано еще хотя бы одно произведение турецкой художественной литературы на русском языке, я буду просто счастлива!

Выражаю огромную благодарность Фонду культуры и творчества Назыма Хикмета, Культурному центру имени Назыма Хикмета и Библиотеке № 24 за  возможность провести лекцию и мастер-класс в их стенах.

Елена в соцсетях:
Группа в ВК: https://vk.com/elena.oganova?from=groups
Телеграм-канал: https://t.me/elenaoganova
Youtube-канал: https://www.youtube.com/channel/UC47CBuohqlohYjuKGg4Hh-A
Личный сайт: http://elenaoganova.ru/